Новости и события » Общество » Полузабытая война, или Пока в тылу все окей. Часть первая: новая элита Украины и демократия в окопах

Полузабытая война, или Пока в тылу все окей. Часть первая: новая элита Украины и демократия в окопах

Военный корреспондент "Думской" Александр Сибирцев в очередной раз побывал на "передке" и узнал, как живут и выживают под пулями врага украинские военнослужащие, пока их соотечественники радуются мирной жизни в тылу.

Под ногой противно хрустит битое стекло. Улица завалена рваным железом, кирпичами и вырванной с мясом из стен домов арматурой. Во многих разбитых домах на полу валяются детские игрушки и коляски, в кухнях на плитах стоят забытые сковородки и кастрюли.

Это - курортный поселок Широкино. Когда-то иметь дачку в здешних краях считалось высшим шиком среднего класса Донецка: на лето многие дончане переезжали жить под "Марик" (Мариуполь) на целое лето. Курени и дачки были вторым домом, на их отделку денег не жалели. В одном из домиков даже есть подъемник на второй этаж для инвалида - аккуратное сиденье с моторчиком, вмонтированное в лестницу. Все это теперь разбито, размолото жестокими молотами войны - снарядами и минами.

Еще полгода назад я наблюдал этот курортный поселок лишь в бинокль с позиций полка "Азов" - местечко было занято сепаратистами. Из этих домиков выцеливали украинских бойцов вражеские снайперы, а по ночам здесь часто случалась яростная, но тихая бойня - диверсанты и разведчики с разными флажками на рукавах резали друг друга насмерть. Сейчас поселок снова стал Украиной. А на передовой - морские пехотинцы.

Командир роты морпехов, стоящей в Широкине - совсем юный старший лейтенант с позывным "Символ". Манерой поведения офицер чем-то напоминает хищника. "Волчья" походка, немногословен. "Символ" здесь, у бывалых морпехов, авторитет не по офицерскому званию, а по делам своим, и его, авторитета, у парня побольше, нежели у иных убеленных сединами и бряцающими наградами генералов и полковников. Короткие приказы командира выполняются подчиненными с молниеносной скоростью. А за глаза его называют не по позывному, а емко и просто - "Командир". Вот так, с большой буквы.

Один из морпехов по секрету рассказал, что за голову "Символа" сепаратисты обещают большие деньги - юный командир и его бойцы давно поперек горла "той стороне".

В последнее время на передовой все больше юных офицеров: командный состав Вооруженных сил стремительно молодеет. 22-летний комроты и 25-летний комбат уже не кажутся чем-то из ряда вон выходящим, хотя два года назад столь стремительная карьера была просто невозможна, и батальонами командовали седовласые и пузатые майоры и подполковники. Но война все расставляет на свои места. Молодые парни, еще вчера целовавшие девушек в парке возле родной академии, нанюхавшись пороху, стремительно растут как профессионалы, не отягощенные совковой армейской рутиной, вроде "копаем от забора и до вечера" и "красим травку в зеленый, а асфальт - в серый цвет". Они презирают условности, шагистику, у них нет трепета перед начальством, зато есть отличное знание военного дела, причем не в теории, а на практике. Они интересуются всем новым в своей сфере, жадно, словно губки, впитывают полезные новинки, самостоятельно, не оглядываясь на забюрократизированные и медлительные службы тыла, ищут для бойцов всякие полезные "примочки" и пытаются их добыть, подключая волонтеров, родственников и тратя собственное жалование. Многие, кстати, на хорошем уровне владеют иностранными языками.

Похоже, в Украине рождается настоящая офицерская элита - вместо суррогата, который мы получили в наследство и который последнюю четверть века правил бал в армии независимой страны. Недолог тот час, когда эти железные парни, прошедшие все круги ада, наденут генеральские погоны. И тогда... Не знаю, что будет тогда, но Украине с ними повезло. Храни их Бог...

Их уважают даже старшие по возрасту бойцы. Я видел это у разведчиков одесской мехбригады в Станице Луганской, у десантников 81-й аэромобильной на авдеевской "Промке" и у морпехов в Широкино. Общаются подчиненные с молодыми командирами на "ты", но без панибратства, а приказы выполняют беспрекословно.

Еще одно наблюдение с фронта. Военные, которые в окопах, далеки от показного патриотизма, не вешают ярлыков и вообще довольно индифферентны в политическом плане. Оно и понятно: когда в тебя стреляет настоящими пулями настоящий враг, а не обгаживает грубым постом мнимый враг фейсбучный, к разного рода высказыванием относишься проще. В окопах разрешены любые споры, с уважением принимаются даже те суждения, за которые в тылу диванные "воины" сразу бы приклеили ярлык ватника. Определениями здесь не кидаются, так как знают, что даже условно "ватный" солдат скорее умрет, но вытянет своего "укропного" побратима из-под обстрела. А вот национальные флаги на передке - в почете. Даже у повара на полевой кухне - сине-желтая ленточка. Еще здесь трепетно относятся к детским письмам и рисункам - стенды с ними висят в каждой импровизированной казарме.

Нас, одесских журналистов, "Символ" пускает прогуляться по разбомбленному Широкино лишь в сопровождении вооруженного матроса. Необходимое условие - бронежилеты и каски. Здесь в любой момент можно попасть под обстрел тяжелых калибров. В этом случае нужно тут же бросаться на землю. Лучше всего, если во время обстрела прямо перед тобой удачно окажется ямка или бетонный блок. Тогда вероятность выжить повышается в разы. Несмотря на относительное затишье, смерть в этих краях не скучает - "двухсотых" и "трехсотых" военные медики вывозят с передка почти каждый день.

До центра Широкина не доходим - сопровождающий морпех Саша останавливается возле какой-то, лишь ему понятной точки и веско заявляет, что, мол, Командир дальше ходить не велел. Причина проста - в центре поселка вполне могут оказаться снайперы или диверсанты противника. Обычно засады устраивают боевики, но встречаются и кадровые россияне. В случае ранения кого-либо из нас до базы морпехов тащить тело слишком далеко. Согласившись с аргументами спутника, мы возвращаемся на базу морской пехоты.

На посту возле опорного пункта встречаем земляка, жителя Черноморска. Тоже Саша, позывной Морячок.

"Уходил служить из Ильичевска, а теперь в Черноморск вернусь на дембель, - шутит солдат, узнав, что мы из Одессы. - И кому это нужно? Это вот все - вся эта истерика: героям слава, памятники рушить, переименовывать... Вот скажите, вы слышали когда-нибудь, чтобы на передке кто-то из бойцов кричал "Слава нации - смерть ворогам"? Не слышали (на самом деле, слышали, но не в регулярных частях, - Ред.). Потому что никто здесь не бьется в истерике от памятника Ленину или названия улицы. Здесь война. С реальными врагами. А не с названиями. А вот когда войну закончим, вот тогда можно будет и думать, как нам все обустроить в тылу".

Продолжение следует...

Автор - Александр Сибирцев

ИА «Newsmir.info». При использовании материала гиперссылка обязательна.


14 декабря Херсонщина будет чествовать ликвидаторов ЧАЭС

14 декабря Херсонщина будет чествовать ликвидаторов ЧАЭС

Сегодня, накануне Дня чествования участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, который в Украине отмечается ежегодно 14 декабря, состоялась встреча руководства облгосадминистрации с областной общественной организацией Всеукраинской подробнее ...

загрузка...

 

Вверх